Четвертое Правило Волшебника, или Храм Ветров - Страница 33


К оглавлению

33

– Мне ясно, что ты должна была согласиться с тем, что предлагала эта потаскуха: обрить ее наголо и выслать из города в фургоне золотаря!

– Но ведь Надина тоже жертва. Она всего лишь пешка в игре Шоты.

– Ее языку не по вкусу правда. Она по-прежнему жаждет заполучить твоего мужчину. И если ты не прочла этого в ее глазах, значит, я заблуждалась насчет твоей мудрости!

– Кара, я доверяю Ричарду. Я знаю, что он меня любит. Самым важным для него всегда будут честность и верность. И я знаю, что могу вверить его защите свое сердце. Что бы он обо мне подумал, если бы я, как ревнивая жена, отослала Надину прочь? Если я ему не доверяю, значит, я недостойна того, чтобы он был мне верен. Я не могу даже видом своим выразить недоверие.

Сердитый взгляд Кары не смягчился.

– Для меня твои доводы – пустой звук. Может, оно и так, только ты вовсе не поэтому попросила Надину остаться. Тебе не меньше моего хочется ее удавить, я это вижу по твоим зеленым глазам.

Кэлен улыбнулась и попыталась разглядеть свое отражение в полированной поверхности перил. Но увидела лишь расплывчатое пятно.

– Трудно обмануть сестру по эйджилу. Ты права. Мне пришлось попросить Надину остаться, потому что я чувствую какую-то опасность. Происходит что-то непонятное. И опасность не исчезнет, если я просто отошлю Надину прочь.

Рукой в печатке Кара отбросила со лба прядь длинных светлых волос.

– Опасность? Какая?

– В том-то и беда: я не знаю. И даже думать не смей причинить ей вред. Мне необходимо выяснить, что происходит на самом деле, а для этого мне может понадобиться Надина. И мне бы не хотелось потом ее искать, когда я могу с самого начала держать ее под рукой. Попробуй взглянуть на это с другой точки зрения: разве правильно было бы отослать Марлина прочь, когда он заявился сюда и сообщил, что хочет убить Ричарда? Разве это избавит нас от неприятностей? Зачем мы его здесь держим? Чтобы выяснить, что происходит на самом деле, вот зачем.

Кара стерла со щеки мазь, словно это была полоска присохшей грязи.

– По-моему, ты сама напрашиваешься на неприятности.

Кэлен моргнула, пытаясь избавиться от внезапного жжения в глазах.

– Знаю. У меня тоже такое чувство. Самое очевидное, что нужно сделать, что мне не терпится сделать, – это отослать Надину отсюда прочь на самом быстром коне, какой только найдется. Но таким путем ничего не решить, особенно тех проблем, которые создает Шота.

– Ты имеешь в виду те слова, что Шота сказала Надине? О ветре, который охотится на магистра Рала?

– Отчасти. Я не знаю, что это значит. Но не похоже, чтобы Шота просто придумала этот ветер. А хуже всего ее молитва: «Да будут духи милосердны к его душе». Не знаю, что она хотела этим сказать, но эти слова приводят меня в ужас. Эти слова и то, что я, возможно, совершила самую большую ошибку в своей жизни. Но что мне еще оставалось делать? В один и тот же день объявляются двое. Одного послали убить Ричарда, другую – выйти за него замуж. Не знаю, что опаснее, но зато я прекрасно понимаю, что от каждой из этих проблем нельзя просто отмахнуться. Когда кто-то пытается вонзить тебе в спину нож, ты, конечно, можешь просто закрыть на опасность глаза, но тебя это не спасет.

Кара смягчилась, и на ее лице появилось выражение, свойственное обычной женщине, которая понимает опасения другой женщины.

– Я тебя прикрою. Если она залезет в постель магистра Рала, я вышвырну ее оттуда прежде, чем он ее обнаружит.

– Спасибо! – Кэлен сжала руку Кары. – Теперь пошли в яму.

Кара не тронулась с места.

– Магистр Рал сказал, что не желает, чтобы ты туда ходила.

– А с каких это пор ты стала подчиняться приказам?

– Я всегда подчиняюсь его приказам. Особенно тогда, когда он требует их беспрекословного исполнения. Этот приказ был отдан в таком тоне.

– Отлично. Тогда можешь присмотреть за Надиной, а я пока схожу к Марлину.

Кэлен не успела сделать шаг, как Кара резко схватила ее за локоть.

– Магистр Рал не хочет, чтобы ты подвергалась опасности.

– А я не хочу, чтобы опасности подвергался он, Кара! Я чувствовала себя полной дурой, когда Ричард начал задавать мне вопросы, которые мы не додумались задать Марлину. И теперь я хочу получить на них ответ.

– Магистр Рал сказал, что сам его допросит.

– Но он вернется только к завтрашнему вечеру. Мало ли что может произойти за это время? Вдруг в эту самую секунду что-то происходит, и когда он вернется, будет уже поздно что-либо предпринимать? Что, если Ричард погибнет лишь потому, что мы сидели сложа руки, подчиняясь его приказу? Ричард боится за меня и поэтому не может мыслить здраво. Марлин знает, что происходит, и, пока мы теряем время, угроза растет. Что ты мне говорила? О том, что колебания могут оказаться для тебя роковыми. Или для тех, кто тебе дорог.

Лицо Кары окаменело, но она промолчала.

– Ричард мне дорог, и я не собираюсь рисковать его жизнью, предаваясь колебаниям. Я получу ответы на эти вопросы.

Кара наконец улыбнулась:

– Мне нравится ход твоих мыслей, Мать-Исповедница. К тому же ты мне сестра по эйджилу. Приказ был неверным, если не глупым. Морд-сит подчиняются глупым приказам магистра Рала лишь тогда, когда под угрозой его мужская гордость, а не жизнь. Мы немного побеседуем с Марлином и получим ответы на все эти вопросы и на некоторые другие тоже. Когда магистр Рал вернется, мы сможем предоставить ему все необходимые сведения – если вообще к этому времени не покончим с возникшей угрозой.

Кэлен хлопнула по перилам ладонью:

– Вот теперь узнаю Кару!

Они пошли вниз. По мере того как они спускались, коридоры, украшенные панелями и коврами, сменились узкими каменными туннелями, в которых горели только тусклые лампы, а еще ниже ходы были освещены факелами и пахло сыростью и плесенью.

33